?

Log in

No account? Create an account

Поворот от капитализма

Говорят, что в последнее время резко выросли продажи «Капитала» К. Маркса. Люди читают классику, пытаясь понять динамику кризиса. На мой взгляд, зря. Время того капитализма, о котором писал коммунист номер один, заканчивается. Очень похоже на то, что нынешний кризис символизирует конец формации, переход общества в качественно новое состояние.

Весь мир находится в стадии поворота. Из кризиса мы уйдем не вверх или вниз, а в сторону, в совсем новом направлении. Насколько успешным будет такой переход, зависит в первую очередь от того, в каком состоянии страна вошла в кризис. Это как в бейс-джампинге – если ты правильно отделился, то все будет нормально, если нет, то вряд ли что-то удастся изменить. Россия вошла в это свободное падение в не самом лучшем состоянии. В первое время ситуацию смягчают накопленные резервы, но множество проблем, которые были и раньше, сейчас могут проявиться особенно заметно. Наверное, можно провести аналогию с автомобилем – на повороте может занести в кювет. И такой риск для нас есть – кто-то едет с динамической подвеской и гидроусилителем руля, хорошей системой безопасности, а нам досталась не очень современная и не самая надежная машина.

Это значит, что могут наступить новые смутные времена. Я бы очень хотел ошибаться, но такой сценарий тоже нельзя игнорировать. Проблемы в экономике могут получить развитие из-за все еще сохраняющихся пузырей в банковском секторе и на рынке недвижимости, в целом низкой эффективности российского реального сектора. Есть еще и общество, представляющее собой некую гремучую смесь, вполне способную детонировать. Что с этим делать, я не знаю. Да и вряд ли у кого-то есть реальная программа действий. Хотя позитивные подвижки есть. Взять хотя бы того же Кудрина, который говорит о новых кризисах. Значит, все-таки всеобщий оптимизм еще не полностью убил реализм. Правда, мы слышим и многое другое – про пройденное дно, стабильность экономики. Закапывание проблем в песок вряд ли приведет к чему-то хорошему – почему-то сразу вспоминаются 1998 год и слова Ельцина, что дефолта не будет…

Как будет развиваться ситуация, а не знаю. Еще раз скажу, что хочется верить в лучшее. Но, наверное, в этой ситуации я все-таки пессимист. Именно поэтому в ближайшие месяцы я планирую существенно сократить частоту своих комментариев. Конечно, я не претендую на ведение какого-то влиятельного блога, но в лавине свою роль играет каждый камешек, не хочется эскалировать ситуацию, особенно на повороте.

Пузыри под лавиной

Последние несколько недель в экономике, в частности, на фондовом рынке, появились определенные позитивные тенденции, могло сложиться впечатление, что мы достигли дна, и впереди только рост. В какой-то степени это связано с тем, что в период начала кризиса, прохождения первых его этапов, осуществлялись существенные вливания в экономику. Они позволили избежать коллапса системы, замедлить развитие негативных тенденций. И сразу появились опасение: государство сочтет, что кризис пригашен, дальше все войдет в норму, продолжив спасение всех, кто об этом попросит. Во всем мире активно проходят банкротства, слияния. У нас – тишина. Она очень напрягала.

Пару недель назад порадовало высказывание Кудрина – о второй волне кризиса, что многие проблемы еще впереди. Министр показал, что в правительстве есть осознание глубины проблемы и желание ее решать. Точнее, во-первых, есть понимание наличия пузыря, во-вторых, готовность его «спускать». Основной пузырь связан, конечно, с плохими кредитами. Нужно не дать ему расти. А еще лучше сделать ставку на то, чтобы сдуть его как можно быстрее. В рамках этого процесса государство может допустить банкротства, крупные слияния, активы могут менять своих собственников, в том числе переходить к иностранцам. Это нормально, даже хорошо – экономика получит новый импульс и свободу для роста. Если нет, пузырь (тяжелая штука) продолжит давить на возможность дальнейшего развития.

Каких последствий ждать от сдутия? В плане плохих долгов, прежде всего, падения на рынке недвижимости. Именно она чаще всего выступала базовым залогом, а теперь окажется у банков, которые попытаются превратить ее во что-то более ликвидное. А в этих условиях не приходится говорить даже о себестоимости, реальная цена – баланс спроса и предложения. Перекос со стороны предложения будет усиливаться, так что нормализация долгового рынка заденет еще один пузырь – на рынке недвижимости. Вполне вероятно возникновение цепочки сдувающихся пузырей. Главное, чтобы политика государства не была нацелена на их консервацию. Да, во многих отраслях сдутие нужно проводить мягко, очень точечно. Ресурсы для этого у государства есть. Теперь главное, чтобы было правильное понимание.

Еще один вопрос в том, кто выживет, а кто сдуется? Мне кажется, что кризис похож на лавину. Когда ты в нее попал, то фактически ничего сделать не можешь. Ты или находишься в правильном положении и окажешься наверху, или же заранее обречен, что бы ты не делал. Неправильное положение в нашем случае – большие долги неуправляемые издержки. Если они есть, то компанию, скорее всего, можно заносить в список погибших и делить ее тушу. Есть, конечно, пограничные положения, когда тебя, скажем, наполовину присыпало. В этом случае шансы будут. Правительство сейчас должно определить для себя приоритеты, понять, кто оказался в самом низу, под всей массой кризисной лавины. Даже если такие компании еще дышат, спасти их уже нельзя, усилия будут потрачены зря. Чем быстрее появится такое понимание, тем быстрее будет сдуваться пузырь. Кризис закончится тогда, когда пузырей не останется.
Основная угроза для России – национальный вопрос. Когда во время экономического роста идет определенная централизация и укрепление власти, он отодвигается на второй план. Так было всегда: и при Советском Союзе, и в наш последний период благополучия и подъема. Но при любом ослаблении власти, ухудшении экономической ситуации всплывает национальный вопрос. Это проверено историей, особенно российской. При нашем территориально-политическом устройстве новая вспышка национализма может оказаться губительной для страны, привести к целому ряду делений.

Ситуация усугубляется тем, что Россия осталась одной из немногих стран, которая состоит из компактно проживающих национальностей, существенно различающихся по культуре, исторически, экономически. Мне кажется, руководству страны надо принимать во внимание эту угрозу и каким-то образом ее нивелировать. К сожалению, на сегодняшний момент национальная политика в стране все еще сводится к принципу «разделяй и властвуй». Национальные разделения, если не поддерживаются, то, как минимум, воспринимаются как нормальное явление, с которым никто не борется. Причем речь идет даже не о федерации, построенной по национальному принципу, а о психологии, бытовых аспектах. Я считаю, что реально у нас есть негласная установка, допустим, для Москвы – закрывать глаза на некоторые национальные проблемы, которые существуют. Скинхедов, допустим, не сильно прижимают. Если бы такая ситуация была бы где-нибудь в Германии или в другой европейской стране, то там разорвали бы в клочья всех скинхедов.

Государство до сих пор не могло управлять национальными процессами. Может быть, потому, что многие национальности имеют преимущество перед русским населением РФ. Преимущества в том, что они склонны поддерживать общинные отношения и решать вопросы общиной, добиваясь большего успеха при этом. То есть, если один человек договорился с чиновником о чем-то, люди считают, что весь клан уже обо всем договорился и решил необходимый вопрос, будь то по бизнесу либо по каким-то другим вопросам. Русские неспособны к такому решению и естественно проигрывают в этом смысле. Получается так, что за счет определенной неэффективности власти, взяточничества в этой системе национальные группы, которые имеют вот такой общинный склад, получают преимущества. Они могут серьезно двигать свои интересы.

Все это никак не способствует превращению всех народов, проживающих на территории РФ, в полноправных одинаковых (в смысле равноправия) граждан нашего государства. А без этого есть риск национального деления России, когда останутся только Москва и пара центральных областей, все остальное - преимущественно национальное. Я считаю, что этот вопрос самый важный, потому что еще одного деления страна может не пережить.

Такое впечатление, до сих пор национальный вопрос находился в режиме ожидания и поддерживания определенного противостояния национальных групп для того, чтобы кто-то не получил решающего преимущества. Но вот реальной работы над превращением в многонациональное государство равных граждан, мне кажется, до сих пор не происходило. Для этого, безусловно, нужно пойти на крайние решительные меры, решив две основные проблемы. Сначала искоренить внутреннюю коррупцию и взяточничество. После этого нужно прийти к жесточайшим запретам на любое разделение по национальности. Точно так же, как в Америке, где в некоторых штатах запрещено слово «нигер», ввести определенный уровень обязательной корректности. Это действительно большая работа, но, извините меня, ее проделали многие страны. В тех же США еще в 60-х годах белые и негры в разных автобусах ездили.

Без жесткой работы обязательно наступит тот момент, когда государство, центральная власть, станет слабым экономически, политически и т.д., и в это время есть большая вероятность распада. Альтернатива - интеграция, т.е. мы договорились, что те народы, которые есть – прежде всего, граждане (а потом уже представители национальностей), они должны получать равные права.
После кризиса мы будем жить по-новому. Как именно, пока вряд ли кто-то знает. Мне кажется, что экономика сохранит рыночный характер, но будет в значительно меньшей степени свободна, чем раньше. Такой прогноз обусловлен развитием текущего кризиса, когда государство активно вмешивается в происходящие процессы, чтобы снизить их остроту. Базой для всего этого, как мне кажется, служит человеческая природа – чем дальше, тем более беззащитными становятся люди.

Еще в 30-х годах прошлого века кризис позволял быть достаточно жестоким к человеку – его можно было отправить строить дороги, а если он терял работу, то пособие было столь невелико, что приходилось заниматься земледелием. Люди нормально относились к тяготам и лишениям, были более мобильными в плане радикальной смены деятельности – переезд из города в деревню никого не смущал, натуральное хозяйство не воспринималось как дикость. Сейчас среднестатистический горожанин не приспособлен к этому. Но это, наверное, не главное. Произошли психологические изменения. Еще сто лет назад люди были совсем другими – для них были привычны войны, нищета, высокая смертность. Сейчас, в развитых странах, человек от всего этого окажется ввергнут в глубочайший шок. Он просто войдет в ступор, если общество оставить без активного госрегулирования. Проще говоря, он как маленький ребенок сядет на пол и будет глядеть в потолок, пока о нем кто-нибудь не позаботится. Характерный пример – американские солдаты, которые не могут воевать без биотуалетов. Это, конечно, достаточно избитая шутка, но стереотип она отражает.

Экономика в последние десятилетия стала носить оттенок больничной палаты, стерильной, с регулярными процедурами. Сейчас у пациента обострение, так что и роль медперсонала вырастает. Принципы «выживет сильнейший», «рынок расставит все по своим местам» больше не работают. Можно, конечно, провести эксперимент, только вот сильнейших не окажется. Это как в физиологии – у лежачего пациента происходят изменения в организме, определенные группы мышц атрофируются. Это как в социуме – если поместить цивилизованного человека в дикую природу, он вряд ли выживет. Меняются условия, и человек все более зависит от них. В какой-то степени, экономическое регулирование, участвующее в создании современного социума, само адаптируется под очень хрупкое существо под названием «человек».

Государство в новой экономике будет стараться не допускать перепадов температуры, регулировать влажность воздуха, все остальные параметры, чтобы экономика чувствовала себя нормально. Переход к этой модели кажется неизбежным, по крайней мере, для западного общества. Основная цель – не допустить новых кризисов. Экономика будет становиться все более управляемой, в ней не будет серьезных потрясений. Все это, скорее всего, пойдет во вред динамике, но на пользу стабильности.


Музыка: Alice Cooper - Hey Stoopid ( Слушать: 7,71MB)
На сегодняшний момент мы имеем кризис в мировой экономике, который затронул практически все страны. Но у каждой из них – своя специфика развития кризисных тенденций и возможных путей выхода из них. Например, кризис в России – это в меньшей степени кризис перепроизводства. У нас все-таки нет этих миллионов пустующих домов, как в Америке, где не знают, что с ними делать. Нет у нас и кризиса перекредитования по ипотеке. У нас нет огромного суверенного долга, нет дефицита бюджета. Цены на нефть припали, но ее добыча все еще рентабельна. Как результат, не будут, возможно, расти разные фонды благосостояния, может сократиться финансирование отдельных, не самых значимых, программ. В остальном, все выглядит относительно неплохо.

Но есть одна большая главная проблема – закредитованность крупного бизнеса в России. Снижение спроса ведет к сложностям с рефинансированием. Часть этих функций берет на себя государство. Но иметь такой источник получения ликвидности как государство для бизнеса не только неправильно, но и опасно. Государственные ресурсы должны использоваться только в каких-то совсем критических случаях. Наилучшим вариантом для нашей экономики все еще выступают иностранные кредиты и инвестиции. Если мы их получим, все будет хорошо, основная стратегическая проблема отойдет на второй план.

Уверен, что возможность получения ресурсов из-за рубежа у России есть. Западу, в первую очередь, американцам, сейчас нужно найти применение своим капиталам – скоро может возникнуть проблема с размещением средств, особенно с учетом, что деньги в больших объемах будут печататься. Для снижения инфляционного давления, безусловно, надо размещать их за рубежом. В общем, хотим мы этого или не хотим, в отношениях между Россией и Западом должно произойти потепление. Это выгодно обеим сторонам, но переводит решение вопроса в политическую плоскость.

Получит логическое развитие ситуация, которая видна уже сейчас – расхождение Путина и Медведева. Думаю, оно вполне может закончиться отставкой премьера, которая, как кажется, выгодна всем. Может, звучит жестко, но жизнь есть жизнь, природа подталкивает к непопулярным решениям. Опять же, Запад, скорее всего, будет готов выстраивать диалог с новой администрацией, Медведев воспринимается как более дружественный лидер.

Влияние Путина велико, но у нас, и по Конституции, и на практике, вся власть сосредоточена у президента. В итоге, есть база для стабилизации политической системы – ее нынешнему неустойчивому состоянию, к которому приводит наличие двух центров, должен придти конец. Я не говорю уже о том, что стране нужны внутренние изменения, новые подходы, для реализации которых должны появиться новые люди. В этом заинтересована экономика, заинтересована Россия.

Прошу не воспринимать все этот как призыв или какой-то инсайд. Это просто то, что витает в воздухе. Это то, что, скорее всего, будет происходить. Уверен, это хорошо – как и все естественное.

Музыка:Gary Moore - Looking back (Слушать: 4,18MB)

Либеральный разворот

Хочется продолжить тему либерализации и приватизации как направления выхода из кризиса. Сейчас доминирует противоположный тренд – усиление государственного присутствия в экономике. Думаю, от этого направления также не стоит отказываться, когда нужно предпринимать экстренные меры для спасения предприятий и отраслей. Сейчас мы видим это по всему миру.

Еще совсем недавно было модно ругать правительство за то, что деньги (в том же Стабфонде) лежат мертвым грузом. Согласен с тем, что деньги должны работать. Они должны были вкладываться в инфраструктуру, другие стратегические направления. Это правильная позиция. Но еще более правильным оказалось накопительство, позволившее сохранить денежную «подушку безопасности». На сегодняшний момент она полезна государству для стабилизации, реализации государственных программ, сокращения безработицы. Минус превратился в плюс. Конечно, нашему правительству в какой-то степени повезло, но ведь искусство управления заключается не только в стратегическом планировании, но и в грамотном использовании тактических преимуществ.

Но должно присутствовать и противоположное движение. Государство сохранило (и накопило) много собственности, которую сейчас можно отдать. Иначе, она будет сокращаться. Государственная собственность в экономике чаще всего неэффективна. Конечно, госкомпании могут приносить вполне приемлемый доход во время экономического подъема, но в условиях меняющейся конъюнктуры такие предприятия резко уходят вниз. Если вспомнить 90-е годы, когда проводилась приватизация, то очень многие активы были убыточными. Сейчас, без эффективного менеджмента, который способен обеспечить частный собственник, мы можем вернуться на 15 лет назад. В таких условиях лучший способ распорядиться государственной собственностью – отказ от части государственной собственности.

Но этот процесс не имеет ценности сам по себе. Он должен рассматриваться как часть программы по либерализации экономики. Иначе многие отрасли окажутся в той же ситуации, что и энергетика. Конечно, здесь итоги подводить рано, но все-таки мы имеем очень быстрый переход от ажиотажного спроса на активы к массовым попыткам получить государственное финансирование, чтобы выполнить хотя бы часть ранее взятых на себя обязательств. Кроме кризиса, здесь свою роль сыграли многие другие вещи, в частности, тарифы. Вывод: государственные активы, выставляемые на продажу, должны работать на в значительной степени свободном рынке – это тоже потенциал для роста экономики.

Основной вопрос – скорость принятия решений. Бюрократическая машина часто работает по принципу «не спеши выполнять приказ, т.к. поступит команда, его отменяющая». Приватизацию надо проводить быстро, но продуманно и системно. Уверен, что правительству, которое сейчас собрало хороших профессионалов, по силам реализовать этот проект.

Музыка: The Sex Pistols - God Save The Queen( Слушать: 5,99MB)

Грязная столица

Сегодня поймал себя на мысли, что неимоверная грязь в Москве мешает едва ли не больше, чем кризис. Обе эти вещи стали вполне привычными, но грязь раздражает значительно больше. Пропадает позитивный настрой, когда смотришь на людей, которые долго пытаются перейти улицу, перепрыгивая через лужи, на покрытые грязью машины, с маслянистыми от дорожной химии лобовыми стеклами. Узкие тротуары, на которых люди вынуждены толкаться друг с другом, чтобы удержаться на узкой необледеневшей и свободной от машин части тротуара, дополняют мрачную картинку.

Причем грязь в нашем городе есть почти всегда, сейчас она просто лучше видна. И никто не знает, откуда она берется. Часто говорят, что культуры не хватает. В Европе ситуация не намного лучше, после любого массового мероприятия остаются горы мусора. Но исчезают они очень быстро – коммунальные службы настроены на быструю уборку и хорошо делают свою работу. Есть еще и странности градостроительства – нет нормального дренажа, уклонов, чтобы сбрасывать воду. Уверен, что городские чиновники знают обо всем этом, но почему продолжают развивать Москву по принципу грязесборника.

Недавно мне рассказали об еще одном столичном парадоксе. Во всем мире планировка ведется так, чтобы тротуар был выше, чем газон. В Москве все сделано наоборот. В итоге, грязь смывает на дороги, на которых она и остается. Для чего это сделано – большой московский секрет!

Мы, наверное, уже привыкли к грязи. Но по сравнению с европейскими столицами она сильно бросается в глаза. Например, в декабре в Париже, как и в Москве, почти не было снега. Там работает много кафе, столики стоят на улицах, если холодно, включаются лампы обогрева. Люди с удовольствием в них отдыхают. В зимней Москве такое представить очень сложно. Не потому, что холодно, а из-за того, что наши пейзажи испортят вкус самого хорошего кофе. Даже летом уличный общепит ориентируется на пиво – оно украшает город.

Чиновники часто начинают грустить, что Москва привлекает мало туристов. Откровенно говоря, удивляет, что они вообще есть. Ведь по нашему городу невозможно просто гулять. Можно пройти по улице, но получить от этого удовольствие очень сложно.


Музыка: Highway To Hell - AC/DC ( Слушать: 6,33MB)

Tags:

Не было бы счастья+

Мне кажется, что при желании Россия может достаточно легко пройти кризис и выйти из него с хорошими результатами относительно других стран. Мысль достаточно простая - нужно выделить драйвер, способный вывести страну на новый виток экономического развития. И, как мне кажется, в этом качестве может выступить либерализация.
В последние годы экономический рост в России держался на двух факторах. В первую очередь, на экспорте, высоких ценах на сырье, позволяющих получать сверхприбыль от продажи ископаемых. Во-вторых, экономику двигал внутренний спрос. Сейчас цены на мировых рынках обвалились, сокращение доходов населения, увольнения также не формируют предпосылок для более активного потребления.
Но есть третий фактор роста - инвестиции. В этом смысле я вижу у России огромный потенциал. За счет инвестиций страна может добиться возникновения новых импульсов в экономике. До последнего момента государство даже проводило политику сдерживания инвестиционных процессов за счет протекционизма, налоговой политики, наращивания своего присутствия в экономике. Сейчас пришло время изменить стратегию, сделав ставку на приватизацию и либеральные реформы. Нам есть, что приватизировать, есть куда двигаться в плане либерализации - тарифная политика, регулирование, лицензирование и т.д. В отличие от Запада, Россия имеет хороший ресурс для изменений.
Если обратиться к недавнему прошлому, то еще не так давно многим позиция государства, которое копило деньги, казалась неправильной. Сегодня такой подход может обернуться пользой для общества. Сработала пословица "хороша ложка к обеду" - если бы накопленный финансовый ресурс был использован раньше, сейчас бы не было рычагов для стабилизации. Мы оказались бы в той же ситуации, что и многие западные страны, только с ограничением по использованию печатного станка. Кроме того, нельзя исключать, без благих намерений со стороны государства, был сформирован важный рычаг - долгое время приватизация нашей, не самой маленькой, государственной собственности стояла на месте. Сейчас приватизационные процессы могут создать новые импульсы для экономики России, привлечь новые инвестиции. Да, цены приватизации будут ниже, чем они могли бы быть несколько лет назад. Но основная цель сейчас - дать движение для экономики.
Продажа части государственных активов вновь позволит России стать привлекательной страной для инвестиций. Благо, у нас есть много привлекательных отраслей, которые, по сути, находятся вне частного бизнеса. Думаю, достаточно провести либерализацию оборота сельхозземель, чтобы создать новый капиталоемкий рынок, получить дополнительные деньги, импульс для экономики. Если такие инициативы будут реализованы, через пару лет либералы скажут спасибо "режиму", который сформировал базу для подъема. В общем, есть шанс реализовать принцип "не было бы счастья, да несчастье помогло".
Основное возражение может сводиться к тезису - приватизация не сработает, в стране и мире нет денег. Уверен, что это иллюзия, ресурсы есть, но нет доверия к сформированной сейчас экономике. Одним из преимуществ приватизации, кстати, может выступить то, что она не скажется на росте инфляции. Причем деньги пойдут в новый сегмент экономики, а не в привычные всем активы, доверия к которым уже нет. Цена, повторюсь, окажется ниже уровня, который можно было получить во время "пузыря" (прежде всего, надутого сырьевой эйфорией), зато этот фактор гарантирует - деньги найдутся. Как внутри страны, так и, в первую очередь, вне нее. Конечно, требуется еще и прозрачность - приватизация должна быть честной и открытой.
Важно, что деньги можно привести в движение в сегменте экономики, который еще не погряз в долгах, не там, где все заложено и перезаложено. Предприятия могут быть разными. Но в государственной собственности есть много компаний, которые не носят такого уж стратегического характера. Важно сформировать наиболее широкий список, с интересными отраслями, с интересными компаниями. Уверен, что это позволит создать широкий пласт активов новой экономики, который способен вытащить за собой страну.

Девальвация в подарок

Честно говоря, я обычно с опасением жду нового года. Есть у нашего государственного начальства традиция устраивать перед ним всякие сюрпризы, не всегда приятные. В этом году ожидания у меня, скорее, позитивные, хотя и связанные с пугающих многим словом «девальвация». Причем не просто девальвацией, а существенной девальвацией.

Для экономики она была бы большим позитивом. Прежде всего, в силу сложившейся ситуации, когда у многих компаний стоимость их активов оказалась существенно меньше объемов задолженности. В отсутствии фондового рынка (к сожалению, это именно так) нужны какие-то другие решения, и девальвация может оказаться одним из наиболее эффективных. Как минимум, она позволит сблизить стоимость активов и обязательств. Хотя основная задача заключается в том, чтобы первый показатель был выше. Понятно, что девальвация, в первую очередь, позитивна для сырьевых компаний, экспортеров, но для российской экономики именно эти игроки все еще имеют ключевое значение.

Отличие сегодняшнего кризиса от многих других масштабных экономических катаклизмов заключается в том, что он не связан с перепроизводством (оно есть, но его влияние не кажется определяющим). Нельзя просто выкинуть несколько грузовиков продукции с Бруклинского моста, уволить несколько тысяч сотрудников. Это не решит проблем, да никто в таких действиях и не заинтересован. В итоге, кроме девальвации, я сейчас не вижу другого пути. Причем для всей мировой экономики в принципе – для выхода из кризиса этот процесс должен носить глобальный характер. И тот, кто здесь окажется первым, тот и будет в выигрыше. Естественно, что процесс девальвации не должен быть бесконечным. Нужно иметь внутренние силы, чтобы выйти на определенный уровень и остановиться на нем.

Есть, конечно, социальные аспекты, на которых скажется девальвация. Впрочем, вливания в эту сферу будут возрастать, что снизит остроту проблемы. Кроме того, есть еще политика инфляции, которую в условиях рецессии вполне можно контролировать. Скорее всего, инфляция будет существенно отставать от девальвации, так что простые люди от нее не проиграют. Точнее, для тех, кто получает доходы в рублях и тратит их в России, все будет не так уж плохо. Нельзя забывать и о социальных программах, которые могут смягчить процесс обесценения национальной валюты. В идеале, он должен быть в большей степени заметен во вне, а не внутри страны.

Хочу еще дать новогодний совет прикладного назначения. Если Вы на праздники едете отдыхать за границу, то лучше берите с собой наличную валюту или карту, привязанную к валютному счету. Иначе девальвация может привести к тому, что Вы окажетесь, скажем так, в неловком положении. Скорее всего, резкой девальвации не будет, но всегда лучше подстраховаться…



Музыка: Ozzy Osbourne - Crazy Train ( Слушать: 8,46MB)

Театр кончился

Один из вопросов даже не последних месяцев, а последних лет – невозможно стало сходить в театр. С телевизором все понятно. Его давно невозможно смотреть, даже в советское время уровень, кажется, был выше. Как не странно, без дискомфорта можно смотреть только «Культуру», а все остальное…

Я не считаю себя человеком высоких эстетических идеалов. Просто реально рынок захвачен ширпотребом, как свое время это происходило в бизнесе. Помню, когда в начале 90-х мы начали заниматься бизнесом, то взяли в аренду торговую палатку. Сделали красивые зеркальные витрины, поставили всякие интересные напитки, качественное импортное пиво. В общем, нам самим все очень нравилось. А рядом стоял киоск с одним окошком, и продавали там только обычное «Жигулевское». Так бизнес, в отличие от нас, там шел просто «на ура». Мы стояли, смотрели, а потом тоже потихоньку начали продавать «Жигулевское».

Так и в нашей культуре происходит сдвиг к массовости в ущерб качеству. Понятно, что этого требует рынок, но все-таки здесь так буквально идти за ним нельзя. Есть же возможность создавать что-то для мозга интересное, а у нас четкий тренд в сторону попсятины. Такое впечатление, что театр массово уходит в сторону творчества Петросяна. Новые постановки – в основном не очень умные комедии. Если что-то можно посмотреть, то это оказывается репертуаром «из старого».

Наверное, заметнее всего это проявляется в музыке. Недавно смотрел по телевизору юбилей Николая Добронравова. Выступали Толкунова, Лещенко, другие звезды еще советского периода. На их фоне современная эстрада вызывает просто истерический смех. Не понимаю, как людей с такими голосами можно показывать по телевизору. У нас стерлось понимание, что даже попса может быть качественной. Есть хорошие группы за рубежом, но у нас повторить их не получается.

Складывается впечатление, что Москва перестала быть культурной столицей – и в этом суть проблемы. Раньше ее статус был другой – многие люди приезжали с Запада именно за счет того, что мы интересны в плане культуры, Москва была культурным центром, где можно было многое посмотреть и многому научиться. Сейчас Москва превращается в деревню в худшем смысле этого слова – с мужиками с гармошкой, самогоном и семечками. Падение культурного уровня налицо и в плане разнообразия. Раньше оно было – были и хиппи, и панки, и стиляги. Сейчас все это стирается, все становится каким-то одинаковым. Не исключаю, что я где-то выпал из жизни, что вижу далеко не все. Но ведь даже на концерт придти невозможно – что-то интересное попадается очень редко.

Чтобы ситуация изменилась, что-то должно переключиться, должно измениться отношение к жизни. Что-то должно поменяться в голове у людей. Кроме места для денег, там должно появиться место для творчества, культуры, общения с друзьями. Поэтому кризис – это хорошо. Кажется, что в сознании людей за последние годы многое перепуталось. Кризис даст встряску, чтобы в мыслях людей, на полках в их головах снова появилось место для обычных человеческих мыслей – семьи, работы, нормальных культурных ценностей.




Музыка: David Lee Roth - Tobacco Road ( Слушать: 4,47MB)

Tags: